«ПЕРВЫЙ РУССКИЙ ЖУРНАЛ»

Опубликовал на сайте интересное, интервью с Юрием Мамлеевым.

Апологет

ЮРИЙ МАМЛЕЕВ – КРУПНЕЙШИЙ РУССКИЙ ПИСАТЕЛЬ-МИСТИК, ОСНОВАТЕЛЬ МЕТАФИЗИЧЕСКОГО РЕАЛИЗМА, С ОДНОЙ СТОРОНЫ НАСЛЕДУЮЩИЙ ГОГОЛЮ И ДОСТОЕВСКОМУ, С ДРУГОЙ, ПОВЛИЯВШИЙ НА ВСЮ СОВРЕМЕННУЮ МЕСТНУЮ ЛИТЕРАТУРУ, ОТ СОРОКИНА ДО ПЕЛЕВИНА. В ШЕСТИДЕСЯТЫЕ ГОДЫ ОРГАНИЗОВАЛ У СЕБЯ ДОМА ЗНАМЕНИТЫЙ ЮЖИНСКИЙ КРУЖОК НЕФОРМАЛЬНОГО ИСКУССТВА. В ВОСЬМИДЕСЯТЫХ ЭМИГРИРОВАЛ В США, ЗАТЕМ ПЕРЕЕХАЛ ВО ФРАНЦИЮ, В ДЕВЯНОСТЫХ ВЕРНУЛСЯ В РОССИЮ. МЫ НАВЕСТИЛИ МАМЛЕЕВА НА ДАЧЕ В ПЕРЕДЕЛКИНО, И ОН РАССКАЗАЛ О ГОДАХ, ПРОВЕДЕННЫХ В ПАРИЖЕ.

фото: МАКС АВДЕЕВ

Вы же изначально эмигрировали из СССР в Америку, как получилось, что вы оказались в Париже?
В 83 году мы с женой предприняли безумный скачок – то есть фактически решились на вторую эмиграцию. Нам удалось перебраться с некоторыми потерями, но Франция приняла нас удивительно. Вообще-то французы не очень любят, когда к ним приезжают из США, – это совершенно несравнимые общества. Помогло, что к тому времени по-французски уже вышла книга рассказов и сокращенный вариант «Шатунов».

Кто же его сокращал?
Издательство. Во внутренней рецензии написали, что человечество еще не готово к такого рода литературе.

А что именно вырезали?
Я уже подзабыл – помню, что был сокращен весь философский подтекст, ну и некоторые крайние сцены, например, между Сонновым и одной из героинь, которая умирает, а он ей овладевает. Но глава французского Пен-клуба Рене Тавернье, удивительный человек и писатель, оценил эту книгу и написал министру культуры, что-де автор крупный писатель и он должен жить в Париже. Это подействовало, и мы получили все необходимые бумаги и права.

Круглый стол в литературной газете -  Юрий Мамлеев. Русские походы в тонкий мир

В 2009 году в Москве, в издательстве «АСТ: Зебра Е» вышла книга Юрия Мамлеева «Русские походы в тонкий мир», вызвавшая сильный и необычный резонанс. Тема книги — идеальная Россия и любовь к ней. В беседе за круглым столом встретились историк литературы Людмила Сараскина http://www.ludmila-saraskina.info/, историк литературы Игорь Золотусский, филолог Кирилл Решетников и автор Юрий Мамлеев.

Ю.В. Мамлеев. Какое впечатление у вас от этой книги и что вы в ней заметили такого, что вас волнует? Это естественный вопрос. Но я хотел бы узнать ответ на другие вопросы. Первый. В наше темное время, когда господствует чернуха, возможно ли течение против этого, к примеру, в попытке изобразить лучшие стороны человека, причем таким образом, чтобы это не вызывало смех у людей? Ведь когда звучит что-то позитивное, у молодежи это вызывает смех, настолько чернуха въелась в души людей.
Второй вопрос — это вопрос о характере утопии. Эта книга вызвала возражение тем, что Россия — идеальная страна, русский рай, это вызвало возражение, т.к. это якобы утопия. Является ли это чистой утопией? Я писал не утопию. Ведь утопия — это то, чего нет в действительности. Я же пытался изобразить лучшие черты наших соотечественников, просто отделить их от всего того черного, что существует. Это не что-то отдаленное, чего в принципе не может быть, а это то, что существует наряду с чернотой жизни.
Третий вопрос — что вы лично выбрали. Хотели бы вы жить в такой России, которую я изобразил, или вы хотели бы жить в нашей реальной, мученической России, рассматривая свою жизнь как испытание. И поскольку многие люди думают, что земная жизнь дана для испытания, а не для счастья, то, возможно, кто-то бы выбрал нашу мученическую Россию, Россию-мученицу. Или же как сказал мой герой Василий Русанов: «Я хотел бы быть и там, в русском раю, и в нашей мученической России». Конечно, каждый будет говорить о своих моментах, но я предложил общее направление, о чем и будем беседовать.

Юрий Мамлеев - Русь Приходящая

интервью для газеты "завтра"

6 января 2009г.

"ЗАВТРА". Юрий Витальевич, поводом для нашей беседы стала ваша книга "Русские походы в тонкий мир", куда входят повесть "Наедине с Россией" и литературоведческо-философское эссе "Метафизический образ России". В ней впервые на одной площадке "встретились" Мамлеев-писатель и Мамлеев-мыслитель. Что вызвало непонимание некоторой части публики, которая ориентировалась на ваши художественные маршруты.

Юрий МАМЛЕЕВ. Я понимал, что повесть "Наедине с Россией" может вызвать вопросы, поскольку она необычна для моего художественного творчества. Такое часто встречается, когда писатель включает дополнительное художественное видение, пишет непохожую на предыдущие вещь.

Существует книга "Россия Вечная", в которой изложена моя доктрина о России. Не только как о стране, но и как о высшей космологической реальности. Поэтому это нуждалось в каком-то художественном выражении. Я хотел более-менее популяризировать свои идеи, а литература обладает огромными возможностями в этом плане. Не снижая уровень вопроса, она может охватить сознание многих людей. Возникла идея выразить некоторые аспекты доктрины в художественной форме. Но чтобы было более ясно, я приложил философское эссе, которое написано крайне просто, оно объясняет, что я имею в виду под Россией Вечной, под Россией вообще, моё видение России как многоуровневой реальности. От нашей земной России дальше в глубину, в саму идею России. Скорее сама идея неожиданна, здесь я обращался к Веданте, использовал свои философские знания.

При этом вся русская литература и философия девятнадцатого-начала двадцатого века пронизана поисками русской идеи, вопросом, что есть Россия. И это абсолютно необычно для других цивилизаций. В России заключена тайна, выходящая за пределы земного. Гоголь, Достоевский, Блок, Есенин, Лермонтов, Тютчев, Волошин — пронизаны идеей, что Россия не просто страна, а некая тайна, метафизическая реальность. До известной степени это можно сравнить с Индией, недаром Клюев называл Россию Белой Индией.

"Русские походы в тонкий мир" — это книга, которая подводит к доктрине "России Вечной" на художественном, более доступном уровне. Но при всей ясности книга сложная, там даются необычные идеи, особенно для сегодняшнего сознания. Ведь мы находимся в цивилизации голого чистогана. И это необычная доктрина. У кого-то она вызывает восторг, у кого-то вопросы, недоумение, даже у моих поклонников, которые рассматривали моё художественное творчество совершенно в ином ключе, как раскрытие этого мира, его ада. И вдруг — рай. Как заметила одна знакомая — "Шатуны" и "Русские походы" надо объединить — получится единая книга. Как в "Божественной комедии" Данте — рай и ад взаимосвязаны.

Статья из журнала Империя духа №5

В беседе участвуют:

Юрий Мамлеев, русский писатель, автор многочисленных романов в жанре

«метафизический реализм»

Сергей Рябов, философ, востоковед, литератор

Михаил Бойко, литературный критик, журналист, философ

Кирилл Решетников, литературный критик, журналист, лингвист

Недавно вышла новая книга Юрия Мамлеева «Русские походы в тонкий мир». Молодой студент философского факультета Арсений Русанов, пребывая в мыслях о судьбе России, встречает таинственную незнакомку, которая своим сверхъестественным очарованием увлекает его в чащу леса, где обещает показать настоящую Россию. Том он и оказывается. И сразу ситуация кап будто начинает выходить из-под контроля, Водитель автобуса ради веселья едет совсем не в ту сторону, пассажиры спокойно оправдывают его. Кто-то пытается обнять Русанова, а кто-то угощает его медовухой со словами: «Попьешь медку в уюте, душу здесь открывают до дна,,. Одно дно остается, бездонное.,,» Люди, окружающие его, ведут себя настолько странно, что это окончательно обескураживает героя. Они веселые и доброжелательные, и в то же время настолько странные и чудные,.. Их поведение совсем не похоже на то, с которым Русанов привык сталкиваться у себя дома. Наконец он знакомится с теми, кто способен объяснить  ему, в чем дело, Оказывается, Русанов попал в другой, параллельный российской реальности мир, - это Pаccея, или Русская Держава, «Вы, Арсений, попали в хаос,,. Да, в наш родной русский хаос, Но здесь, в этом хаосе, зарождается все. Зерна самых глубинных и великих идей, созерцаний - и все это вперемешку с истерикой бытия», - объясняют герою. Но за хаосом последует бесконечность и люди бесконечности и тоски, люди, бесконечно любящие друг друга только за то, что все они - дети метафизической России.

О русских походах в тонкий мир для Русского обозревателя.

Недавно в издательстве «АСТ, Зебра Е» вышла книга «Русские походы в тонкий мир», включающая в себя повесть «Наедине с Россией» и латературоведчеcко-философское эссе «Метафизический образ России». В связи с выходом данной книги философ и публицист Юрий Сошин беседовал с ее автором, классиком современной  русской литературы, писателем и философом Юрием Витальевичем Мамлеевым.

Юрий Сошин. Юрий Витальевич, в Вашей книге Вы изложили точку зрения, что Россия есть духовно-метафизическая сущность, «космологическая Россия», что имеет отражение в других мирах, и наша Россия, та, в которой мы живем, есть один из слоев этой «космологической России». Эта концепция проистекает ли из религиозно-философских систем — из христианства, буддизма, индуизма — или это лично Вы сами пришли к этому?

Юрий Мамлеев. Хороший и важный вопрос. Учение о «космологической России» является частью всего учения о «России вечной»,  в которую входит ее первоначальная суть, как она дана в Боге, в Абсолюте, ее космологический уровень и наш уровень «земной России».

Учение о «космологической России» — мое собственное, оно вытекает из самой русской культуры и «русской идеи» России как духовной реальности.  Я немножко тут подключил общие восточные византийские учения о космологии, это не религия, это наука духовная.

И то, что я увидел в русской культуре и в России, не укладывается в рамки земного мира.  Россия грандиозна в своей духовной сущности, ее дух, ее душа  настолько стремится к выходу за пределы, к бесконечности. Как писал Волошин:

Сильна ты нездешней мерой,
Нездешней страстью чиста.
Неутоленной верой
Твои запеклись уста.

Дай слов о тебе молиться,
Понять твое бытие,
Твоей тоске причастится,
Сгореть во имя твое.

То есть эта мысль, это чувство, это ощущение того, что Россия духовно беспредельна, заложено во всей  русской культуре, если мы ее внимательно рассмотрим. Я привел стих одного из крупнейших поэтов России, где прямо говорится об этом, но доказательств этому сколько угодно.

Я чувствую и в своей душе, и в России как таковой эту беспредельность, это отвращение к конечности, к завершенности, которое так характерно для западной культуры.  Для культуры русской характерно стремление выхода за какую-либо историческую завершенность, стремление идти дальше «в бесконечность». Отсюда — «русская тоска». «Русская тоска» — чисто наше явление. Это не грусть, не сожаление. «Русская тоска» — это скорее «грусть о невозможном».

Далее надо сказать о космологии восточной, византийской, буддийской, какой угодно. Все восточные учения, которые реально занимались космологией, имели представление, что если какая-либо идея не может быть воплощена в каком-либо виде реальности, в каком-либо ее срезе, к примеру, в земном мире, то эта идея должна обязательно воплотиться в других реальностях.

Ничего не пропадает даром: раз идея родилась, то она должна быть осуществлена. Раз идея родилась в Боге, как, к примеру,  «вечная Россия», то она должна осуществиться, осуществиться до конца. Отсюда вытекает неизбежность «космологических Россий». И это могут быть совершенно разные пласты. Об этом трудно говорить в газетной статье, но всему этому есть точное философское обоснование.